На волне все возрастающей исламофилии, хотелось бы кратко напомнить о природе этого явления:
«Везде, там где в колониях происходит смешение рас, ислам находит среди метисов восторженных сторонников, обещая в то же время неграм свободу в результате совместной борьбы против Европы. <...> Перед этой, когда-то, по-видимому, объединившейся ненавистью цветных рас и метисов, управляемой фанатичным духом Магомета, у белых рас имеется основание, более чем когда-либо, быть начеку.»
Альфред Эрнст Розенберг — «Миф XX века», 1930.
«Везде, там где в колониях происходит смешение рас, ислам находит среди метисов восторженных сторонников, обещая в то же время неграм свободу в результате совместной борьбы против Европы. <...> Перед этой, когда-то, по-видимому, объединившейся ненавистью цветных рас и метисов, управляемой фанатичным духом Магомета, у белых рас имеется основание, более чем когда-либо, быть начеку.»
Альфред Эрнст Розенберг — «Миф XX века», 1930.
«У меня есть подозрение, что на уровне сути в России вообще ничего никогда не меняется. Происходит нечто другое — к вам в гости приходит один и тот же мелкий бес, который наряжается то комиссаром, то коммивояжером, то бандитом, то эфэсбэшником, главная задача этого мелкого беса в том, чтобы запудрить вам мозги, заставить поверить, что меняются полюса, в то время как меняются только его наряды. С этой точки зрения история России — это просто история моды.
О чем вся великая русская классика? Об абсолютной невыносимости российской жизни в любом ее аспекте. И все, ничего больше там нет. А мир хавает, и просит еще. Для них это короткая инъекция счастья. Они на пять минут верят, что ад не у них, а у нас.»
Виктор Пелевин.
#Deutscher_Aerostat
О чем вся великая русская классика? Об абсолютной невыносимости российской жизни в любом ее аспекте. И все, ничего больше там нет. А мир хавает, и просит еще. Для них это короткая инъекция счастья. Они на пять минут верят, что ад не у них, а у нас.»
Виктор Пелевин.
#Deutscher_Aerostat