До всяческого главредства я долго подвизался в качестве литературного редактора. Я не горжусь тем, что вычитываю свои тексты сам. Когда возможно, стараюсь работать в связке с квалифицированным корректором. Удаётся это не всегда: к сожалению, наличие корректора в штате, по крайней мере в интернет-проектах, сегодня считается роскошью. Но даже если вы единственный, кто отвечает за грамотность текста, существуют способы сделать так, чтобы ошибок в нём было меньше.
• Не стоит полагаться на свою «врождённую грамотность», тем более что это явление — миф. Даже если вы пишете почти без ошибок, не будучи профессиональным редактором, вы в плену у когнитивных функций своего мозга. Профессиональные редакторы тоже, но у них свои лазейки и подкопы. Так, мозг распознаёт контур привычного слова и сглаживает шероховатости; что-то вроде анизотропной фильтрации в трёхмерной графике. Он крутой и в состоянии «вытянуть» смысл, даже когда большая часть букв не на своём месте:
Выдйу в плео ньочю с коёмн…
Иногда мы замечаем такие ошибки, иногда нет. С одной стороны, «вербальный макияж» в исполнении нашего восприятия избавляет нас от боли (ошибки-то кругом!), с другой — без нашего ведома проделывает операции вроде:
ассиметричный → асимметричный
Наш внутренний читатель с готовностью перескакивает на следующее слово, не замечая того, что удвоена совсем не та согласная. А внутренний редактор не всегда успевает среагировать.
• Вычитка на предмет орфографических и пунктуационных ошибок должна быть отделена от смысловой и следовать за ней. Когда при общей редактуре вы видите лажу и устраняете её, это о’кей. Только всех лаж так не выловить. Да и ваш мозг после такой случайной находки, довольный ею, ослабит бдительность. Соринку убрали, а вокруг — брёвна, брёвна.
• Корректура — работа не механическая. Мало удостовериться в правильном написании каждого слова. Сравните:
На обеде у архимага мы отведали жаренного василиска. На обеде у архимага мы отведали жаренного с травами василиска.
В русском языке бытуют оба слова — «жареный» и «жаренный». Какое из них употребить, зависит от смысла и строя фразы. «Жареный» — прилагательное, «жаренный» — причастие. В первом предложении допущена ошибка: тут должно быть прилагательное. Во втором же всё верно: зависимое слово — «с травами» — сигнализирует о том, что необходимо причастие:
жаренный с травами = тот, которого зажарили с травами
• По-хорошему, нужно две «читки», как говорят корректоры. Между ними полезно сделать паузу, хотя бы 10-минутную. Лучше — больше.
• При первой читке я двигаюсь по тексту линейно, «от пролога к эпилогу». И не только ищу грамматические ошибки, но и слежу за соответствием между языком и логикой повествования и за унификацией всего и вся. Например, не была ли мимоходом употреблена новая для читателя аббревиатура, которая расшифровывается лишь двумя абзацами ниже. Или, если в издании принято писать «биткойн», не затесался ли где «биткоин». Используем два рисунка кавычек — «», а внутри них — „“? Надо проверить, везде ли соблюдается принцип (конечно, бывает, что в материале и больше двух типов кавычек; скажем, до кучи ещё и так называемые марровские — '...').
• На втором заходе читаю текст с конца. Фразу за фразой. Сначала последнюю, потом предпоследнюю и т. д. Так удаётся преодолеть «читательскую инерцию». Когда текст связный, внимание волей-неволей переключается на его содержание; типографический ритм — слева направо, строка за строкой — убаюкивает. Закончил читать абзац задом наперёд — снова прохожусь по нему, теперь уже от первого слова до последнего.
• Приём моего изобретения. Спорный, но лично мне помогает. Раз в полторы-две минуты я отрываюсь от текста, отмечаю, где остановился, расфокусирую взгляд и начинаю блуждать глазами по двум-трём абзацам. Во-первых, освежает восприятие. Во-вторых, даёт возможность отловить неочевидные баги и шероховатости. О, надо же, в предложении подряд шесть слов на «п». А здесь между точкой и первым словом следующей фразы нет пробела (например, со шрифтом Circe при межстрочном интервале 0,9 такое поди заметь с лёту).
До всяческого главредства я долго подвизался в качестве литературного редактора. Я не горжусь тем, что вычитываю свои тексты сам. Когда возможно, стараюсь работать в связке с квалифицированным корректором. Удаётся это не всегда: к сожалению, наличие корректора в штате, по крайней мере в интернет-проектах, сегодня считается роскошью. Но даже если вы единственный, кто отвечает за грамотность текста, существуют способы сделать так, чтобы ошибок в нём было меньше.
• Не стоит полагаться на свою «врождённую грамотность», тем более что это явление — миф. Даже если вы пишете почти без ошибок, не будучи профессиональным редактором, вы в плену у когнитивных функций своего мозга. Профессиональные редакторы тоже, но у них свои лазейки и подкопы. Так, мозг распознаёт контур привычного слова и сглаживает шероховатости; что-то вроде анизотропной фильтрации в трёхмерной графике. Он крутой и в состоянии «вытянуть» смысл, даже когда большая часть букв не на своём месте:
Выдйу в плео ньочю с коёмн…
Иногда мы замечаем такие ошибки, иногда нет. С одной стороны, «вербальный макияж» в исполнении нашего восприятия избавляет нас от боли (ошибки-то кругом!), с другой — без нашего ведома проделывает операции вроде:
ассиметричный → асимметричный
Наш внутренний читатель с готовностью перескакивает на следующее слово, не замечая того, что удвоена совсем не та согласная. А внутренний редактор не всегда успевает среагировать.
• Вычитка на предмет орфографических и пунктуационных ошибок должна быть отделена от смысловой и следовать за ней. Когда при общей редактуре вы видите лажу и устраняете её, это о’кей. Только всех лаж так не выловить. Да и ваш мозг после такой случайной находки, довольный ею, ослабит бдительность. Соринку убрали, а вокруг — брёвна, брёвна.
• Корректура — работа не механическая. Мало удостовериться в правильном написании каждого слова. Сравните:
На обеде у архимага мы отведали жаренного василиска. На обеде у архимага мы отведали жаренного с травами василиска.
В русском языке бытуют оба слова — «жареный» и «жаренный». Какое из них употребить, зависит от смысла и строя фразы. «Жареный» — прилагательное, «жаренный» — причастие. В первом предложении допущена ошибка: тут должно быть прилагательное. Во втором же всё верно: зависимое слово — «с травами» — сигнализирует о том, что необходимо причастие:
жаренный с травами = тот, которого зажарили с травами
• По-хорошему, нужно две «читки», как говорят корректоры. Между ними полезно сделать паузу, хотя бы 10-минутную. Лучше — больше.
• При первой читке я двигаюсь по тексту линейно, «от пролога к эпилогу». И не только ищу грамматические ошибки, но и слежу за соответствием между языком и логикой повествования и за унификацией всего и вся. Например, не была ли мимоходом употреблена новая для читателя аббревиатура, которая расшифровывается лишь двумя абзацами ниже. Или, если в издании принято писать «биткойн», не затесался ли где «биткоин». Используем два рисунка кавычек — «», а внутри них — „“? Надо проверить, везде ли соблюдается принцип (конечно, бывает, что в материале и больше двух типов кавычек; скажем, до кучи ещё и так называемые марровские — '...').
• На втором заходе читаю текст с конца. Фразу за фразой. Сначала последнюю, потом предпоследнюю и т. д. Так удаётся преодолеть «читательскую инерцию». Когда текст связный, внимание волей-неволей переключается на его содержание; типографический ритм — слева направо, строка за строкой — убаюкивает. Закончил читать абзац задом наперёд — снова прохожусь по нему, теперь уже от первого слова до последнего.
• Приём моего изобретения. Спорный, но лично мне помогает. Раз в полторы-две минуты я отрываюсь от текста, отмечаю, где остановился, расфокусирую взгляд и начинаю блуждать глазами по двум-трём абзацам. Во-первых, освежает восприятие. Во-вторых, даёт возможность отловить неочевидные баги и шероховатости. О, надо же, в предложении подряд шесть слов на «п». А здесь между точкой и первым словом следующей фразы нет пробела (например, со шрифтом Circe при межстрочном интервале 0,9 такое поди заметь с лёту).
Telegram desktop app: In the upper left corner, click the Menu icon (the one with three lines). Select “New Channel” from the drop-down menu. A Telegram channel is used for various purposes, from sharing helpful content to implementing a business strategy. In addition, you can use your channel to build and improve your company image, boost your sales, make profits, enhance customer loyalty, and more. To delete a channel with over 1,000 subscribers, you need to contact user support Healing through screaming therapy As of Thursday, the SUCK Channel had 34,146 subscribers, with only one message dated August 28, 2020. It was an announcement stating that police had removed all posts on the channel because its content “contravenes the laws of Hong Kong.”
from us